Экономико-правовая реальность проектного капитализма    0   676  | Социальная база большевиков в 1917 году    0   397  | Какому обществу стоит опасаться роботов? К вопросу о грядущем закате «цивилизации труда»    0   352 

Социальная база большевиков в 1917 году

1

Вопрос о социальной базе большевиков в период захвата власти и гражданской войны - один из самых дискутируемых в обществе и в научной среде. Две крайние точки зрения сформировались одновременно с самим октябрьским переворотом: 1) большевиков поддерживала большая часть населения России – рабочие и беднейшее крестьянство; 2) большевики – немногочисленная группа фанатиков, не имевшая поддержки в обществе и опиравшаяся на немногих представителей маргинальных групп и радикальные элементы.

С победой большевиков в гражданской войне первая концепция стала доминирующей в России, вторая «ушла в эмиграцию», с т.н. «перестройкой» они снова слились в российском обществе и разделили его на два непримиримых лагеря. Даже в научных работах не удается освободиться от груза общественного давления и собственных идеологических установок.

Споры усложняются отсутствием точных данных. Но, как нам кажется, данные, которые могут дать ответ на вопрос о социальной базе большевиков, все же сохранились, и проблема заключается лишь в их интерпретации.

Сначала проведем анализ результатов выборов в различные органы власти в 1917 г., которые позволяют сформировать представление о соотношении сил, их динамике и настроениях в стране. Затем сравним эти данные с другими, сохранившимися в источниках, что даст более точные представления о размерах больших социальных групп, поддержавших большевиков.

 

2

Весной-оенью 1917 г. выборы проходили в большей части страны.

В июне 1917 г. в Петрограде состоялся I Всероссийский съезд Советов. С правом решающего голоса присутствовало 822 делегата (268 – с совещательным голосом, всего – 1090 делегатов), из которых эсеров – 285 (34,67%), меньшевиков – 248 (30,17%), большевиков – 105 (12,77%), 10 делегатов значились как «объединенные социал-демократы» – это т.н. «межрайонка» во главе с Троцким и Луначарским, которая в июле объединилась с большевиками, т.е. общий процент делегатов-большевиков – 15,2%. Остальные делегаты также представляли партии социалистической направленности [2, С.370; 4, С.117; 29, С.1027-1028]. (Ленин приводил немного заниженные данные: 790 делегатов, 103 из которых (13%) составляли большевики [15, C.282]. Троцкий приводил почти точные цифры [31, С.271].)

Как верно отметил Н.Н. Головин, «в этом скрытом, но фактическом правительстве не было ни одного не социалиста» [4, С.117].

К открытию II съезда Советов 25 октября 1917 г. насчитывалось 649 делегатов, из них 390 большевиков (60%), 160 эсеров (24,65%), 72 меньшевика (11,09%), 14 объединённых интернационалистов, 6 меньшевиков-интернационалистов, 7 украинских социалистов. К концу съезда, после ухода правых социалистов и с прибытием новых делегатов, насчитывалось 625 человек, из них 390 большевиков (62,4%), 179 левых эсеров (28,64%), 35 объединённых интернационалистов, 21 украинский социалист [1, С.371-372; 15, С.270]. Таким образом, коалиция большевиков и левых эсеров получила на съезде 91% голосов. Съезд избрал новый ВЦИК в составе 62 большевиков, 29 левых эсеров, 10 представителей других левых партий, - всего 101 человек [1, С.372; 28, С.887]. Между I и II съездами Советов эсеры потеряли 10%, а меньшевики – почти 20% делегатов; эти «голоса» перешли к большевикам. Партия эсеров, если бы она существовала на начало II Съезда в едином формате, как на I съезде Советов, набрала бы почти столько же, сколько в июне. Таким образом, основные потери понесли меньшевики, что отмечал и сам Ленин [10, С.57]. Конкуренция и борьба с меньшевиками и эсерами за голоса «своих избирателей» – рабочих и армии – красной нитью прошли через всю весну, лето и осень 1917 г. Именно борьба за влияние с этими левыми партиями определяла логику действий большевиков. Ожесточенность этой борьбы с конкурентами на левом крыле была вызвана еще и тем, что именно эти партии составляли опору всех редакций Временного правительства.

 

3

Другой срез политических настроений дают результаты выборов в местное самоуправление и местные законодательные органы. Ко 2 сентября 1917 г. в 643 городах России из 779 прошли выборы в городское самоуправление. П.Н. Милюков особо подчеркивал, что большевики получили 7% в губернских городах и 2% в остальных городах [22, С.84-85]. Но это закономерно: выборы проходили в период начала борьбы большевиков и гонений на них в июле–августе 1917 г. Хотя, безусловно, их результаты в сравнении с данными по Петрограду и Москве говорят о «столичности» большевистского влияния: оно почти не выходило за рамки Петрограда и Москвы.

Примечательны результаты выборов в них. На выборах в районные думы Москвы большевики в сентябре 1917 г. получили 51%, увеличив свое представительство с 11% в июне за счет эсеров и меньшевиков, которые потеряли 44% и 8% соответственно [22, С.80]. На выборах 20 августа в Петрограде большевики получили максимальное представительство среди партий – 33% [22, С.185].

Ярко представляют динамику изменений в настроениях избирателей итоги выборов в Московскую городскую думу (25 июня 1917 г.) и в Учредительное собрание по Москве (19–21 ноября 1917 г). Если в июне москвичи отдали большевикам всего 12% голосов от явки избирателей, эсерам – 58%, а кадетам – 17%, то в ноябре большевики уже получили 48%, эсеры – всего 8% (!), а кадеты – 34% [6, С.293]. Сравнение итогов летних выборов в думы 44 городов и осенних выборов в Учредительное собрание в 80 городах показывает: осенью эсеры получали в среднем на 29 процентных пунктов меньше, чем летом, большевики – больше на 23, а буржуазные партии (преимущественно кадеты) – больше на 12 процентных пункта [6, С.293].

Поляризация настроений избирателей – отток голосов влево к большевикам и вправо к кадетам, падение рейтинга меньшевиков и потеря эсерами части городского электората на выборах в Учредительное собрание в сравнении с летними выборами в городские думы – говорит о радикализации населения, особенно в городах.

Ленин считал выборы в Учредительное собрание в России в ноябре 1917 года поучительными в сопоставлении с ходом гражданской войны в период 1917–1919 годов, прослеживая связь между голосованием и географией «контрреволюции»: «Данные о выборах в Учредительное собрание в ноябре 1917 года, – писал Ленин, – дают нам основной фон той картины, которую показывает в течение двух лет после этого развитие гражданской войны» [9, С.18]. «Посмотрите, какие районы оказались наименее большевистскими. Во-первых, Восточно-Уральский и Сибирский: 12% и 10% голосов за большевиков. Во-вторых, Украина: 10% голосов за большевиков. Из остальных районов наименьший процент голосов за большевиков дает крестьянский район Великороссии, Поволжско-Черноземный, но в нем за большевиков подано 16% голосов. И вот именно в тех районах, где процент большевистских голосов в ноябре 1917 года был наименьший, мы наблюдаем наибольший успех контрреволюционных движений... Именно в этих районах держалась месяцы и месяцы власть Колчака и Деникина» [9, С.16].

 

4

Рассмотрим внимательнее итоги выборов в Учредительное собрание, которые были назначены на сентябрь, но из-за задержки в ходе голосования состоялись лишь в ноябре [9, С.15]. Примерно 50% избирателей не участвовало в выборах [9, С.294]. Абсентеизм может быть отнесен на счет «усталости от выборов» (вторые или третьи за полгода), падения доверия к власти, общей низкой демократической культуры населения, но не следует забывать о сложностях самих выборов в условиях войны и постепенного скатывания к анархии.

В итоге большевики собрали 9,2 млн голосов избирателей, что составило 25%, эсеры и меньшевики – 22,62 млн – 62%, правые партии (в том числе национальные и националистические, из них кадеты – 1 856 639) – 4,62 млн, или 13% зарегистрированных бюллетеней [9, С.2]. Голоса «русских эсеров» (16,5 миллиона) Ленин считал вместе с эсерами других наций и выводил показатель в 20,9 миллиона, т.е. 58%, меньшевиков – (668 064 голоса) с «аналогичными группами» («народных социалистов» - 312 тыс., «Единства» - 25 тыс., кооператоров - 51 тыс., украинских социал-демократов - 95 тыс., украинских социалистов - 507 тыс., немецких социалистов - 44 тыс. и финских социалистов - 14 тыс.) и получал итог в 1,7 миллиона [9, С. 2]. Эти данные по 54 избирательным округам (из

79), опубликованные в 1918 г., были уточнены последующиими исследователями. По последним данным, учитывающим большее количество губерний, большевики собрали 23,9% голосов пришедших на выборы (более 10,5 млн голосов), эсеры – 40% (почти 18 млн), меньшевики – 2,3% (меньше 1,2 млн), кадеты – 4,7% (2,1 млн) [6, С.273].

Большевики первенствовали в большинстве городов, немного отставали от них там кадеты и эсеры, большинство крестьян проголосовало за эсеров [25, С.216, 228-229]. В Москве и Петрограде большевики значительно обошли все партии в их избирательных округах. Суммарно они собрали 46,4%, эсеры – 12,8%, меньшевики – всего 3%, зато кадеты – почти 30% [6, С.293]. Столь же высокие показатели дали большевикам Петроградская губерния и Центрально-Промышленный район – Московская, Тверская и Владимирская губернии. Сверхвысокий показатель – 72% – дала Лифляндия (Латвия и Эстония) [9, С. 4].

Чрезвычайно важное значение оказала поддержка большевиков в армии. Подавляющий перевес они получили на Западном и Северном фронте [9, С.9], как писал Ленин, «имея почти половину голосов в армии вообще, мы имели подавляющий перевес на фронтах, ближайших к столицам и вообще расположенных не чрезмерно далеко» [9, С.10]. В среднем показатели по округам Северного и Западного фронта на Балтийском флоте составляли 62% за большевиков, 25% за эсеров, 1% за меньшевиков и 1,5% за кадетов [6, С.274].

Сильно выигрывали большевики и в тыловых гарнизонах страны, где их рейтинг был чуть выше 55%, а эсеров – 20%, однако в тылу заметно сильнее были позиции меньшевиков – 2,7% и кадетов – 5,8%. Около 10% голосов армии собирали различные националистические партии [6, С. 274].

Именно серьезный перевес над другими партиями в Петрограде и Москве, а также в армии сыграли решающую роль в событиях октября 1917 – января 1918 гг., позволили произвести переворот и удержать власть в столицах.

Хотя, как считается, из-за подготовки к восстанию большевикам не хватало сил на полноценную избирательную кампанию в Учредительное собрание, они уделяли агитации и этим выборам повышенное внимание [6, С.243]. Им было несложно вести кампанию, так как их электорат – рабочие – был собран в крупных городах, преимущественно в Петрограде и Москве, к этому добавлялись военные гарнизоны этих городов, а также агитация через созданную сеть в войсках фронтовой зоны и тыловых частях. В сравнении с этим электорат эсеров – крестьян - охватить агитацией и собрать на избирательные участки было не в пример сложнее. Хотя в количественном плане печатная агитация (листовки, плакаты, газеты) большевиков уступала кадетам и эсерам, она достигла значительного размаха  [6, С.244]. Использовались традиционные методы и формы агитации, но большевики получили преимущество за счет массового распространения информации о декретах II съезда Советов и первых декретах своего правительства, что не только привлекало на их сторону сторонников притягательных лозунгов о мире, земле, рабочем контроле над предприятиями, экспроприации богачей, но и представляло новое правительство и большевиков как правительство и партию реальных дел.

Осенью 1917 года в агитационных листовках по выборам в Учредительное собрание всех партий указывалось, что реально за места будут бороться четыре партии: кадеты, эсеры, большевики и меньшевики [21, С.150]. Кадеты позиционировались как партия имущих интеллигентов и буржуазии, к которым после революции присоединились еще и помещики, эсеры – как партия крестьян, большевики и меньшевики – рабочих [21, С.151].

Н.Н. Головин сделал справедливые замечания о составе и политической ориентации Учредительного собрания. Ко дню открытия Учредительного собрания 18 января 1918 г. из числа установленных законом 808 депутатов было избрано 707: 175 большевиков и 40 поддерживавших их левых эсеров, 388 представителей оппозиционных социалистических партий (эсеров – 370, эсдеков-меньшевиков – 16, народных социалистов – 2) и 103 депутата-несоциалиста (17 кадетов и 86 принадлежащих к казачьим, национальным и иным группировкам). К открытию Учредительного собрания выборы не были произведены или окончены в Кубанско-Черноморском и Терско-Дагестанском округах, в Туркестане и в Степном крае (Западная Сибирь), которые должны были представить 101 депутата – потенциально антибольшевистских и, скорее всего, увеличивших бы число депутатов-несоциалистов [4, С.313].

Результаты выборов в Учредительное собрание показывают, что в борьбе с меньшевиками и эсерами за голоса рабочих к середине осени 1917 г. большевики победили. После захвата власти предстояла борьба с эсерами за крестьянство. Решение этого вопроса Ленин нашел в союзе с отделившимися левыми эсерами, на который большевики пошли после захвата власти, и в изменении позиций партии по «крестьянскому вопросу».

Ведя речь о больших социальных группах, оказавших поддержку большевикам в революции и гражданской войне, следует учитывать, что во второй половине 1917 г. большевики стали аккумулировать протестные настроения всех социальных слоев [7, С.256; 12, С 396].

Это позволяет говорить 10 млн. избирателей, проголосовавших за партию большевиков, среди которых большинство представляли гарнизоны Петроградского района и Московской области, части Западного и Северного фронта и Балтийский флот [6, С. 270-271, 273-275; 9, С.9-10].

В Советский период численный состав рабочего класса в России завышался; при завышенных взвешенных оценках осторожно говорили о 4-4,5 млн. человек, включая миллион железнодорожных рабочих и служащих [27, 198].

В августе-сентябре 1917 г. Ленин писал, что всего в России около 3 млн. рабочих (имея в виду реальный рабочий класс, без смешения с «пролетариатом деревни» и членами семей), из которых 1 млн рабочих избирателей поддерживают партию большевиков [19; С.313; 20, С.421].

Таким образом, в десятимиллионной армии избирателей большевиков осенью 1917 г. рабочие составляли точно менее трети. При этом поддержка рабочего класса в период борьбы за власть не означала их автоматической поддержки дальнейшем: так, на протяжении 1918-24 гг. рабочие выступали с протестными акциями уже против Совета Народных Комисаров [7, С.428-429; 15, С.421; 24, С.11, 13-14, 60-65, 113-115, 280-283]. Однако была и наиболее активная часть населения с точки зрения отстаивания своих интересов, в том числе вооруженным путем.

Крестьянство, бывшее в России самым большим классом (80% населения [30 С.77, 87]), мобилизованное на войну, составило большинство и в армии, поэтому в избирательных бюллетенях фронтов и тыловых гарнизонов их голоса также составляли большинство. Что касается вооруженной поддержки (а не только избирательной), то крестьянство не участвовало в столичных событиях октября 1917 г., но, будучи самым большим классом, с началом гражданской войны количественно превзошло остальные социальные группы во враждующих армиях (революционных и контрреволюционных).

 

 

В партии социал-революционеров 40% членов были рабочими, 45% - крестьянами и солдатами, более 10% составляли интеллигенция, студенчество и учащихся [23, С.540]. У большевиков доля рабочих была несколько меньше, а доля интеллигенции существенно больше.

Ввиду отсутствия общих данных по партийным членам, обратимся к статистике делегатов съездов партии большевиков. Рабочие составляли не более трети делегатов съездов (V, VI, VIII и X) между 1907 и 1921 гг. [5, С.452; 5 С.760; 26 С.660; 32, С.295]. Даже в 1921 г. на X съезде партии треть делегатов состояла из интеллигенции, а крестьяне составляли 3% [5, С.760].

 

Итак, осенью 1917 г., непосредственно перед октябрьским переворотом и после него, большевики имели серьезную поддержку у населения. 25% при 50-60% явке на выборах в Учредительное собрание (которые теоретически могли превратиться в 12-13% при 100% явке, но такой явки не бывает) не давали возможность сформировать большинство в парламенте и собственное (даже коалиционное) правительство мирным путем. Но поддержку большевикам оказывали столичные рабочие, часть гарнизона и преобладающая доля военнослужащих ближайших к столице фронтов и моряков Балтийского флота – т.е. наиболее активная часть населения, способная оказать не только политическую, но и силовую поддержку, что и сказалось в процессе захвата власти большевиками, удержании ее и в дальнейшей гражданской войне.

Рабочие не могли составлять большинство ни среди избирателей большевиков в период пика электоральной поддержки, ни в рядах революционных армий. Это большинство составлял самый большой класс – крестьянство, вооруженное и мобилизованное на I Мировую войну или взявшееся за оружие в ходе гражданской войны. Хотя в партии большевиков крестьяне представляли незначительную группу, крестьяне на фронтах поддержки лозунг большевиков о мире при голосовании в Учредительное собрание осенью 1917 г., а затем поддержали с оружием в руках Декрет о земле. Идея этого закона принадлежала партии эсеров, и именно эта программа давала им поддержку крестьянства.

Интеллигенция представляла самую активную политическую группу – ядро революционного движения, партийное руководство, большую часть партии.

Представление о социальной базе большевиков было бы неполным без понимания протестных настроений, которые, даже не давая поддержки большевикам, давали им серьезное преимущество в «раскачивании» ситуации и в том, что гражданская война пошла не между двумя противостоящими силами, а соединила в себе различные группы вооруженных противостояний.

Кроме того, следует отметить высокую долю молодежи в населении Российской империи, которая стала мобилизационной средой для всех левых партий. На 1917 г. около трети населения составляла возрастная группа от 15 до 30 лет. [30, С. 80].

В этой связи примечателен возрастной состав делегатов съездов большевиков. Средний возраст делегатов на V съезде (май–июнь 1907 г.) составил 27 лет [26, С.661], на VI съезде (август 1917 г.) – 29 лет [32, С.294], на VIII съезде (март 1919 г.) – 31 год [3,  С.452], на X съезде (1921 г.) группа от 20 до 34 лет составляла более 70% делегатов [5, С.760]. Молодежь (чаще несемейная) была наиболее представлена от рабочих в партии большевиков [13, С.162] и составляла основу боевых дружин [8, С.336-337; 17, С.383].

Крайне существенно, что в предстоящей гражданской войне большая ставка делалась Лениным на т.н. «инонациональное население»: представителей национальных окраин и т.н. «инородцев», проживающих в стране. Ленин указывал, что доля таких групп составляет более половины населения [18, С.356]. Как писал Ленин, одна Польша способна дать минимум в два раза больше восставших, чем восставших рабочих два самых крупных города России (Петроград и Москва) [20, 403]. Этот расчет вполне оправдался в 1905-07 гг. и в 1917 г.: протестные движения в Польше и в Финляндии, на Украине, на Кавказе и в Средней Азии сыграли существенную роль в дестабилизации политической системы и в гражданской войне.

 

 

Литература

  1. Большая Советская энциклопедия. 2-е изд. Т. 9. М.: Гос. изд-во Большая Советская энциклопедия, 1951. 624 с.
  2. Большая Советская энциклопедия. 2-е изд. Т. 32. М.: Гос. изд-во Большая Советская энциклопедия, 1955. 648 с.
  3. Восьмой съезд РКП(б). Март 1919 г. Протоколы. М.: Гос. изд-во политической литературы, 1959. 602 с.
  4. Головин Н.Н. Российская контрреволюция в 1917-1918 гг. В 2-х т. Т. 1. М.: Айрис-Пресс, 2011. 558 с.
  5. Десятый съезд РКП(б). Март 1921 г. Протоколы. Стенографический отчет. М.: Гос. изд-во политической литературы, 1963. 916 с.
  6. Знаменский О.Н. Всероссийское учредительное собрание. История созыва и политического крушения. Л.: Наука, 1976. 364 с.
  7. Ленин В.И. Большевизм и «разложение» армии // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5-ое. Т. 32. М.: Политиздат, 1969. С. 255-257.
  8. Ленин В.И. В боевой комитет при Санкт-петербургском комитете // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5-ое. Т. 11. М.: Политиздат, 1960. С. 336-338.
  9. Ленин В.И. Выборы в Учредительное собрание и диктатура пролетариата // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5-ое. Т. 40. М.: Политиздат, 1974. С. 1-24.

10. Ленин В.И. Детская болезнь «левизны» в коммунизме // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5-ое. Т. 41. М.: Политиздат, 1981. С. 1-104.

11. Ленин В.И. Записи во время приема крестьян деревни Бекетово Булгаковской волости Уфимской губернии. 19 марта 1921 г. // Ленин В.И. Неизвестные документы. 1891–1922 гг. М.: РОССПЭН, 2000a. C. 421-423.

12. Ленин В.И. Заседание Центрального Комитета РСДРП(б) 16 (29) октября 1917 г. // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5-е. Т. 34. М.: Политиздат, 1969. С. 394-397.

13. Ленин В.И. Кризис меньшевизма // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5-е. Т. 14. М.: Политиздат, 1969. С. 149-172.

14. Ленин В.И. Переписка с Э.М. Склянским. 26 апреля 1921 г. // Ленин В.И. Неизвестные документы. 1891–1922 гг. М.: РОССПЭН, 2000. C. 428-429.

15. Ленин В.И. Пролетарская революция и ренегат Каутский // Ленин В.И. Полное собрание сочинений, изд. 5-ое. Т. 37. М., 1969. С. 235-338.

16. Ленин В.И. Развитие капитализма в России // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5-ое. Т. 3. М.: Политиздат, 1971. С. 1-609.

17. Ленин В.И. Советы постороннего // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5-ое. Т. 34. М.: Политиздат, 1969. С. 382-384.

18. Ленин В.И. Статистика и социология // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5-ое. Т. 30. М.: Политиздат, 1973. С. 349-356.

19. Ленин В.И. Удержат ли большевики государственную власть // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5-е. Т. 34. М.: Политиздат, 1969. С. 287-339.

20. Ленин В.И. Уроки революции // Ленин В.И. Полное собрание сочинений. Изд. 5-ое. Т. 19. М.: Политиздат, 1968. С. 416-424.

21. Меньшевистские и эсеровские листовки 1917–1918 годов // Отечественная история, 1993, № 1. С. 150-173.

22. Милюков П.Н. История второй русской революции. София: Российско-болгарское книгоиздательство, 1921. 310 с.

23. Первая революция в России: взгляд через столетие. М.: ПИМ, 2005. 602 c.

24. Питерские рабочие и диктатура пролетариата. Октябрь 1917–1929. Экономические конфликты и политический протест. Сборник документов. СПб.: Блиц, 2000. 464 c.

25. Протасов Л.Г. Всероссийское Учредительное собрание. История рождения и гибели. М.: РОССПЭН, 1997. 368 с.

26. Пятый съезд РСДРП. Май-июнь 1907 г. Изд. 2-е. М.: Партиздат ЦК ВКП(б), 1935. 878 с.

27. Рейман Н. Заметки по интерпретации 1917 года // Отечественная история. 1994. № 5. С. 195-204.

28. Советская историческая энциклопедия. Т. 3. М.: Советская энциклопедия, 1963. 516 с.

29. Советская историческая энциклопедия. Т. 10. М.: Советская энциклопедия, 1967. 534 с.

30. Статистический ежегодник России. 1913 г. Год десятый. СПб.: Изд. ЦСК, 1914. 664 с.

31. Троцкий Л.Д. История русской революции. В 2 т. /Общ. ред. и вступ. ст. Н. Васецкого. Т. 2: Октябрьская революция. Ч. 2. М.: Терра, 1997. 400 с.

32. Шестой съезд РСДРП (большевиков). Август 1917 г. Протоколы. М.: Гос. изд-во политической литературы, 1958. 488 с.

комментарии - 0
Мой комментарий
captcha